Воспоминания Константиновой Ларисы Васильевны

Неожиданный звонок взбудоражил, но капельки недоверия пропали уже в первые минуты встречи...

 - Я родилась и жила в городе Чудово, - начинает свой рассказ Лариса Васильевна. - До войны наша семья жила хорошо, у нас был свой дом, большое хозяйство: куры, утки, корова, телята. Мой отец был портной, у него были золотые руки, а мать очень любила хозяйство. Когда началась война мне было 18 лет, я только что закончила школу.

 Историческая справка:

Населённый пункт Чудово известен начиная с XVI века как поселение Чудовский Ям на дороге к Неве от Москвы через Новгород. В начале XIX века жители села Ям-Чудово занимались рыболовством, заготовкой сена и дров для продажи в Петербург. Название Ям-Чудово сохранялось до 1851. В 1851 г. через Чудово прошла Николаевская железная дорога (Санкт-Петербург - Москва). В 1871 г. закончено строительство железной дороги Новгород - Чудово. Построена железнодорожная станция, возле которой вырос крупный посёлок.

С августа 1941 г. по январь 1944 г. территория Чудовского района была ареной ожесточенной борьбы с немецко-фашистскими захватчиками. Немало чудовцев навсегда вписали свои ратные подвиги в историю Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Среди них Герои Советского Союза А. М. Васильев, Д. М. Берлинский, Я. М. Иванов, И. А. Солдатов и другие. Книга памяти Чудовского района хранит имена свыше 4 тыс. земляков, погибших или пропавших без вести в годы войны. 29 января 1944 г. - день освобождения г. Чудово и района от немецко-фашистских захватчиков.

          О войне мы узнали с самых первых ее дней, потому что Чудово постоянно бомбили  немецкие самолеты. Здесь, как и сейчас, была узловая железнодорожная станция. Слыша их ужасный рев, мы прятались, где придется, даже в канавах.

         Летом 41 года нас отправили на оборонные работы строить аэродром в деревне Коломовка, сейчас это деревня Зуево. Однажды,  когда мы работали на этом аэродроме, прилетел немецкий самолет и начал обстреливать поле. Начальник, руководящий работами, закричал, чтобы мы убегали в лес. Многие убежали, а я не успела и осталась лежать на поле, закрыв голову руками. Начальник прибежал за мной и увел меня тоже в лес. Немецкий самолет покружил еще немного над полем и полетел в сторону станции Бабино. Летел он низко, и тут я увидела, как он запутался в проводах, загорелся и потом взорвался.

Город Чудово тогда сильно бомбили... Родители решили уходить из города. Мы отправились в деревню Водос Чудовского района. Там мы пробыли недолго. Через некоторое время мы узнали, что немцы наступают и уже подходят к Спасской полисти. Мы быстро собрались и на лодках стали переплывать Волхов на другую сторону. Только сели в лодки, снова появился немецкий самолет - он разбрасывал листовки, но что там было в них написано, я уже не помню.

Шли наши солдаты. До нас дошла молва, что разбомбили переправу. Потом мы долго скрывались в лесу. Когда затихло, снова двинулись в путь. Шли лесом. В одной из деревень отец купил лодку и по реке Оскуя мы отправились дальше в деревню Оскуй, но там из жителей уже никого не было. Я помню в деревне был молокозавод и мы наелись там сметаны.

Началось отступление в сторону Тихвина. Ехали быстро, лесом, было страшно. Вдоль дорог шли люди, валялись брошенные вещи. В Тихвине  мы зарегистрировались на эвакопункте, затем нас должны были эвакуировать в Сибирь. Подали эшелон. В товарных вагонах были сделаны полати в два ряда, на них мы и разместились. Все чудовские собрались вместе в одном вагоне. Ехали долго, останавливаясь на больших станциях, кормили нас хорошо. Местное население нас встречали, давали хлеба, продукты. У нас были документы, что мы эвакуированные, на каждом пункте нас отмечали.

Помню, на станции Ефимовская прилетел самолет-разведчик. Начальник поезда закричал: «Из вагонов». Мы выбежали. Железную дорогу окружала высокая насыпь, а за ней был луг с редкими кустами ракитника. Мы прятались под ними, прижимались друг к другу, боялись, но погибать так всем вместе. Потом самолет улетел, начальник снова кричал: «По вагонам». И только мы отъехали, как узнали, что разбомбили идущий следом за нами эшелон с ранеными. Мы уехали вовремя.

Наконец добрались до Северного Урала - город Верхотурье. Кругом глушь, места дикие и нам не понравились. Местный житель, старик, сказал: «Миленькие, уезжайте отсюда. Тут золото моют, работы нет». Мы поехали дальше.

Наш путь лежал дальше в Сибирь в Омскую область. Зарегистрировали нас на  станции Исилькуль Омской области.

 Историческая справка

Исилькуль изначально являлся станцией на Транссибирской Магистрали. В годы войны в Исилькуль, как и в многие другие сибирские города, были эвакуированы люди с европейской части союза. В Исилькуле, в школе, располагался госпиталь. Так же город был важным звеном между РСФСР и Казахстаном. Многие из эвакуированных так и остались в Исилькуле, благодаря чему в 1945 году он получил статус города с 18 тысячным населением.

 Родители работали в промкомбинате, шили одежду. Я работала на лошади, звали ее Савраска, возила рабочим еду, хлеб со столовой. Кроме этого посылали на работы на элеватор. Когда привозили зерно, я таскала мешки, в амбарах зерно лопатили, чтобы не горело. Зерно было самое разное и даже были подсолнечные семечки. Потом отец начал работать в летном училище, шил летчикам форму, он был высококвалифицированным закройщиком.

Моя тетя, Лебедева Лидия Васильевна, была эвакуирована к тому времени в Ленинабад и работала судебным приставом-исполнителем в суде. Она позвала меня к себе. Я приехала и поступила на работу сначала секретарем суда 2 участка, а потом перевелась на 1 участок секретарем судебного заседания.

Судебные заседания проходили тогда практически также как в послевоенные годы. Судьей был Каримов, прокурором - Раджабов (он потом приезжал в Чудово, заходил в гости), был  даже ленинградский адвокат. Заседаний было немного. В основном дела касались трудовых вопросов: опоздание на работу, прогулы. Были выездные заседания - ездили в тюрьму. В Ленинабаде жили неплохо, народ - таджики - хороший, гостеприимный. К нам, работникам суда, относились хорошо. Со многими познакомились и потом поддерживали связь. Работать мне там нравилась.

 Затем отец получил вызов из Тихвина на работу, и мы снова туда вернулись.  В годы блокады Ленинграда все предприятия и учреждения были вывезены в город Тихвин. В Тихвине я устроилась на работу в Управление юстиции по Ленинградской области (НКЮ). Судебная работа мне очень нравилась.

Когда блокаду с Ленинграда частично сняли, предприятия стали перевозить обратно в город. Переехали и мы. Нас везли на пассажирском поезде, он весь был замаскирован березовыми ветками. Только прибыли на Финляндский вокзал, как начался артобстрел. Мы прятались в бомбоубежище под вокзалом. Была осень 43 года.

Управление юстиции в Ленинграде располагалось на улице Фонтанка д. 116. Я работала в отделе кадров инспектором. Начальником у меня была Петрова Анна Дмитриевна. Она многому меня научила. Именно она сказала, что надо идти учиться, и в 1944 году я поступила в юридическую школу, которая в то время располагалась на улице Гражданской д. 26.

В то время я уже начала проявлять интерес к нотариальному делу. В Ленинграде проводились семинары на эту тему, я их регулярно посещала, конспектировала лекции.

В Ленинграде кроме основной работы нас привлекали к работе в госпиталях.  Один из госпиталей был в Инженерном замке. Ухаживали за ранеными, брали стирать гимнастерки, вещи. Знакомились с солдатами, потом даже с некоторыми переписывались.

Кроме того, нас мобилизовали на разбор завалов разрушенных домов. У меня даже есть личная книжка «Восстановитель города Ленинграда», где записаны названия улиц, где я работала и сколько заработала часов. И в честь 300-летия Ленинграда, я награждена медалью, а как восстановитель города -медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

Еще по ночам мы ходили на дежурство - тушили фугаски. Нас также учили санитарному делу, мы ходили с сумками с красным крестом, оказывали помощь. Шла война. Мы не считали, что совершали подвиг, просто работали.

В Ленинграде нам давали хорошие пайки из продуктов, даже талон на водку. Я его отправляла отцу.

Когда освободили Новгород, в Ленинград приехал Рыхлов и стал интересоваться: «Кто желает ехать на работу в освобожденный Новгород». Я изъявила желание, но начальник Управления - Кучеренко не хотел меня отпускать и приказ на увольнение мне не подписал. Но я все же уехала. А приказ о назначении меня на работу в Новгородскую область подписал сам  министр Рыхлов.

В Новгороде нас поселили в районе нынешней улицы Черепичной. Там был и суд, и прокуратура, и юстиция. Жили в маленьком домике. В городе все было разрушено, рос бурьян. В колмово в одном из домов в подвале была столовая, где мы обедали. Начальником отдела юстиции был Яков Яковлевич Соколов. Я занималась разными вопросами: и финансовыми, и секретарскими. С 44 года стала замещать нотариуса Бабкину. А потом открыли нотариальную контору в Чудово, о чем я давно мечтала. Фактически к работе я приступила в 1945 году. И до 1983 года посвятила себя нотариальной работе.

Тетя, Лидия Васильевна, вернулась в Чудово тоже в 1945 году, и продолжила работать судебным приставом-исполнителем с судьей Давыдовым Алексеем Захаровичем.

В Чудово без общественных работ не обходилось: сажали кукурузу, разбирали бункера и т.д. В городе в 1945 году практически все было разрушено. Дом, в котором я сейчас живу, принадлежал семье мужа и был построен в 1937 году. Свекровь рассказывала, что в войну здесь жили немцы. Хозяев они выгнали жить в сарай, а сами заняли дом. Но, не смотря ни на что, дом все-таки уцелел. Муж мой служил в армии 7 лет: его призвали в 1940, а вернулся он только 1947 году. Потом много и сильно болел.

Родители после войны построили дом, снова завели хозяйство, у отца были пчелы, большой сад. Выращивали и ели все свое, ходили в лес за грибами и ягодами, муж ловил рыбу.

В нотариальной конторе работы сначала было немного. Люди потихоньку возвращались к нормальной жизни. Нотариусам в то время было много вменено в обязанности, в том числе нагружали общественной работой. На территории района было 22-24 сельских совета, которые надо было посетить, рассказать и показать, как правильно оформлять документы. Делала альбомы с образцами, проводила беседы в учреждениях. Мне работа эта очень нравилась.

 P.S. Сейчас Лариса Васильевна давно уже на пенсии, но также как ее родители ведет хозяйство и ждет не дождется начала очередного дачного сезона.

Подготовила главный специалист-эксперт

отдела по обеспечению деятельности

Управления Минюста России по Новгородской области

 С.В. Екатеринчева