Воспоминания Романенко Анатолия Матвеевича

«Дорогие друзья, коллеги!

Приближается великая дата - 65-летие годовщины со дня победы. Победы не только русского советского народа, но и народов всего мира. Это действительно праздник со следами на глазах.

Все начиналось жестоко с первых дней войны. Помню на стадионе школы № 1 г. Опочка Псковской области мы провожали всей семьей отца. Отец нас убеждал, что он охотник, что может быть снайпером, он может и умеет воевать и просил нас не беспокоиться. С этого момента с ним связь оборвалась.
Не успели мы прийти к бабушке с дедушкой - они проживали недалеко от нашего дама - как было приказано всем отступать. Мы тоже пошли вместе со всеми пешком в сторону Новоржева, то есть на восток. Прошли около 40 км, как вдруг впереди оказались немцы – десант. По колонне отступающих фашисты строчили из пулеметов с самолетов на бреющем полете. Стоны, плач, ужас… Нас вернули в город.
 
Город Опочка небольшой, малоэтажный, в основном 2-3-этажные дома. Мы жили в 2-х этажном доме. Когда подошли к нему, вместо дома была груда кирпичей и остатки углов домов. В поспешности ухода мать даже не взяла документы, только после войны, когда мы раскапывали это пепелище, нашли несколько документов, в том числе и свидетельство о моей рождении.

Историческая справка:

Город Опочка упоминается в Псковской летописи под 1414 г. как город, расположенный на излучине р. Великая как новая южная крепость для защиты Пскова вместо крепости Коложа. Название обычно связывают с опока "меловый известняк, алебастр". В 1426 г. Опочка выдержала осаду литовских и татарских войск, в 1427 г. - немецких. В 1441 г. город сгорел. В годы Ливонской войны 1558-83 в Опочке постоянно размещался многочисленный стрелецкий гарнизон, был местом сбора и отдыха русских войск. В 18-19 вв. один из ведущих торгово-ремесленных центров Псковской губернии (славился опочецкими ярмарками). Был центром льноделия. В 1856 г. в уездном городе Опочка Псковской губернии насчитывалось 6 церквей, 472 дома, 86 лавок. В годы Великой Отечественной войны 1941-45 был оккупирован немецко-фашистскими войсками 8 июля 1941 г. Освобождён 15 июля 1944 г. войсками 2-го Прибалтийского фронта в ходе Режицко-Двинской операции. Был сильно разрушен. Залпами из десятков орудий отметили солдаты победу над врагом под Опочкой. Минутой молчания почтили память павших за освобождение города и района. В честь войск-освободителей 10-й гвардейской армии воздвигнута стела, а день 15 июля принято считать днем города Опочка.

 
И так началась жизнь на оккупированной территории. В начале тихо, мирно. Холеные немецкие солдаты шли строем на железнодорожную станцию, громыхая своими коваными сапогами. И не дай бог, если кто-нибудь из мальчишек или прохожих перебегал им дорогу. Рядом шли жандармы, которые отлавливали и наказывали, кого как: пинком, прикладом, но чтобы никто и ничто не мешало фашистам передвигаться на восток.
Первым самым ярким впечатляющим явлением для меня была смерть жены районного комиссара. Полицейские ходили по домам и выгоняли всех на площадь. Когда мы с бабушкой пришли на эту площадь, увидели высокую виселицу. Все смотрели в недоумении, некоторые стали плакать, видимо уже догадываясь, что предстоит. Потом привезли молодую женщину. Рядом зароптали, что губы у нее сколоты булавками. Фашист что-то говорил, потом выбил подставку из-под ног…и тело женщины затрепыхало на виселице.
Затем по улицам города на лошадиной повозке в деревянной клетке возили партизанку, я даже запомнил, ее фамилию - Виноградова. Ее везли по улицам и переулкам, так чтобы всем было в острастку. И глашатай кричал, что каждого партизана новая власть будет расстреливать.
 Русские жили очень сплоченного, только некоторые мужчины перешли на сторону немцев – работали полицаями. Жили мы в общежитие педучилища. Мы занимали одну комнату на 8 человек. Была в общежитие и большая кухня. Во дворе этого общежития остановились немцы. Они охраняли склады с запасами. Русских заставляли таскать на склад соль, сахар, крупы и т.д. И вот к нам на большую плиту повадился ходить их повар варить кофе для немцев. Кофе пахло противно. Однажды где-то насобирав корочек, я решил подсушить их на плите. Видимо, чем-то помешав повару или просто не понравившись ему, он вылил кофейник с горячим кофе мне на руки. Крик, рев… Прибежала бабушка, опустила мои руки в воду, потом еще долго лечила. После этого где-то до 7-8 класса у меня был страх перед холодом и перед жарой.
Жить было тяжело. Работать у нас могла только моя мать, которая кое-что зарабатывала у немцев. Дедушка был очень стар, а бабушка нянчилась с детьми. Два мои дяди 13 и 14 лет постоянно занимались поиском чего-нибудь съестного. Через наш город протекает река Великая. Удивительно, но в те времена она была очень рыбная, и мы втроем или вчетвером ходили на речку, ловить любую рыбешку, которая нам попадалась. Она нас выручала здорово. С тех голодных времен у меня выработался инстинкт постоянного желания есть. И это потом еще долго не проходило.
В июне 44 года наш город освободили. На наших глазах погибали солдаты. Возле нашего дома была размещена сорокопятка - это орудие 45 калибра, которая вела огонь прямой наводкой по городскому валу, на котором засели фашисты, наши солдаты попали под прицельный огонь и на наших глазах погиб весь расчет. Жестоко фашисты защищались, не хотели отдавать город. При штурме города три солдата нашей армии получили звание «Герой Советского Союза» за мужество, храбрость, находчивость и умелое ведение боя.
Для нас уже было победой, что вернулись наши. Население города на 90 % состояло из женщин, у которых мужья, сыновья, братья, отцы служили в армии. И вместо сводки информбюро, все с ужасом ждали похоронок.
И вот 1945 год. День победы был красивым солнечным днем. В это время уже начали возвращаться из Германии наши войска. От станции Толстовка в 60 км от города к нам двинулась мотострелковая дивизия и мы, мальчишки, босиком бежали их встречать. Мы сопровождали солдат до места их размещения  в бывших воинских казармах. Встречи были теплые, радушные. Офицеров и солдат-орденоносцев качали на руках. Некоторые находили среди этих солдат своих родственников. Это была величайшая радость.
Перед отступлением фашисты расстреливали всех граждан, которые были связаны с партизанами или сочувствовали им, и тех, кто укрывал евреев. Евреев расстреливали несколько ночей. Выгоняли их по ночам за город и там расстреливали. После освобождения начались поиски мест расстрелов и захоронений. Мы с матерью и старшим братом ходили на раскопки. Правда, раскапывать, в общем-то, не приходилось - тела расстрелянных только слегка были присыпаны землей. Мы откопали, в том числе, двух наших соседей-разведчиков отца и сына Шпилькиных. Они и умерли, как настоящие бойцы, обнявшись. Нашли Аню – связную партизан, которая часто заходила к нам во время оккупации.
В 45 году началась учеба в школе. За парты сели и те, кому положено идти в первый класс, и те, кто старше. Мне пришлось идти в первый класс в 9 лет. С нами учился также мой брат, который на 4 года старше меня.
Были ребята, которые через полгода, год мобилизовались в батальоны по разминированию территорий, в отряды милиции отлавливать бандитов, которых было еще достаточно в лесах.
Учиться после всего пережитого было сложно. В первый класс я пришел уже практически седой и таких было много.
Страна вылезала из руин. И те, кто говорит о том, что люди зомбировались при советской власти, глубоко ошибаются. Люди без всяких лозунгов, без кнута, без палки ходили на любые общественные работы, где надо было строить, восстанавливать полуразрушенную больницу, школы, дом культуры. Вывозили тысячи тон мусора от разбитых зданий. Ремонтировали дороги - при помощи укладки булыжников на дороги.
В школе было интересно учиться, но приобретенный инстинкт голода доводил до того, что когда дежурные разносили по классам по кусочку хлеба при запахе этого хлеба в нашем классе некоторые девочки падали в обморок. Одеты все были по-военному. Кто в кирзовых сапогах, кто в лаптях, я до октября ходил в школу босиком. Учителя не ругали никого за нарушение формы одежды. Все друг друга понимали, все знали, что надо жить, выживать и восстанавливать страну.
В школе жизнь начинала втягивать нас в детство, потому что мы детства не видели. Дети войны, особенно те, которые жили в оккупации, - это дети с потерянным детством. С удовольствием мы принимали участие в самодеятельности: пели, плясали, разыгрывали сценки на школьной сцене, в войсковой части, в клубах, колхозах, совхозах.
Осенью ездили в колхозы убирать картошку, морковь. Овощей тогда было еще мало, главный продукт для страны тогда был картофель. Мы добросовестно этим занимались. Заработанные нами деньги перечислялась колхозами в школу для развития самодеятельности.
Сначала учиться было тяжело, потому что не было ручек, чернил, перышек. Не было тетрадок. Мне бабушка шила тетради из мешков, в которых немцы хранили сухари. Они были такого желтого цвета. Учебники давались один на 5-7 человек.
Очень любили читать. Читали в запой. Библиотечный фонд районной библиотеки нами был прочитан полностью года через три-четыре. Читали все. Любимыми произведениями были патриотические: «Повесть о настоящем человеке», «Как закалялась сталь» и «Подпольный обком действует». Любознательность тянула к познанию природу. Я практически наизусть выучил два тома академика Ферсмана «Жизнь земли». Многие моменты я помню до сих пор.
    Затем жизнь пошла своим чередом: служба в армии, учеба в Саратовском юридическом институте им. Д.И. Курского. В 1965 году по распределению был направлен в Мошенской районный народный суд. Потом был начальником отдела юстиции, а сейчас читаю лекции по гражданским дисциплинам студентам Российского государственного гуманитарного университета».

Из материалов личного дела
12 лет - с 1984 г. по 1996 г.- Романенко А.М. возглавляет отдел юстиции Новгородской области. Все эти годы он характеризуется вышестоящим руководством как  квалифицированный  специалист, умелый и активный организатор, требовательный и внимательный руководитель, обладающий принципиальностью и непримиримостью к негативным явлениям.
  Обеспечивая организационное руководство народными судами,  Романенко А.М. целенаправленно ведет работу по повышению авторитета судебных приговоров и решений, качества осуществления правосудия, расширению гласности, внедрению демократических начал и культуры в их работе.
Романенко А.М. регулярно встречается с представителями различных категорий слушателей в учебных заведениях, трудовых коллективах, выступал с беседами по разъяснению законодательства перед населением в городах и районах области, неоднократно выступал по областному радио и в газете "Новгородская правда". За активное участие в правовом воспитании трудящихся и большую общественную работу Романенко А.М. награжден Почетными  грамотами обкома КПСС и облисполкома.
Приказом Министерства юстиции РСФСР Романенко Анатолию Матвеевичу присвоен классный чин государственного советника юстиции 2 класса.
За добросовестную работу Романенко А.М. награжден медалями  "За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина" и "Ветеран труда".
За заслуги в укреплении социалистической законности и многолетнюю добросовестную работу в 1989 году ему присвоено Почетное звание  "Заслуженный юрист РСФСР".
По своим личным качествам Анатолий Матвеевич всегда являлся примером профессиональной этики в работе с подчиненными, общении с гражданами.

P.S. Сейчас Анатолий Матвеевич принимает активное участие в работе Управления Минюста России по Новгородской области, делится с нами своим огромным опытом и знаниями.